Страх и власть или почему люди боятся и презирают власть

Каждому известно чувство бессилия. Будучи детьми, мы не могли полагаться на себя во всем, что касалось еды, убежища и защиты. И все определялось другими людьми — нашими родителями или теми, кто их заменял. Мы были зависимы и пугались, когда считали, что эти облеченные властью люди могут нас покинуть, и некому будет обеспечивать наши потребности, мы боялись, когда они сердились или были с нами грубы. Нас очень заботило, когда нас не понимали.

Когда мы слышим слово "власть", у некоторых это в заметной степени ассоциируется со страхом, лишениями и потерей контроля. Люди, обладающие властью, могут угрожать независимости, влиять на возможность делать выбор или управлять другими людьми и ситуациями в жизни. Нам приходится больше реагировать на воздействия, чем действовать самим, поскольку для того, чтобы обрести мотивацию и предпринимать инициативы, необходимо сначала добиться власти. Люди часто не понимают, что власть является средством борьбы со страхом, средством обретения контроля над ним, при отсутствии власти страх подавляет.

Мы склонны считать, что поскольку власти на всех не хватает, если у одного человека она есть, другой не может ее иметь. Бывает не так просто понять, что влияние можно использовать различным образом, и что работающие эффективно личностные и профессиональные взаимоотношения зачастую базируются на тонком балансе, устанавливаемом рычагами власти. Люди часто бывают, неспособны проявлять свое влияние, не нанося вреда другим. Мы завидуем тем, у кого есть власть, поскольку они несут в себе угрозу для нас. Мы превращаем идею "Я не заслуживаю ее (власти)" в "Они не заслуживают ее" и иногда пытаемся заставить их почувствовать за это вину.

Общественное воспитание заметно воздействует на восприятие власти. Нас часто воспитывали в том духе, что эгоистично ставить личные интересы выше общественных. Первые столкновения с властью отвратили нас от желания использовать ее аналогичным образом; страдая от холодности и удаленности отца или от склонной к подавлению матери и неизбежно приписывая власть таким родителям, мы иногда приходим к выводу, что власть представляет собой негативную силу, и что она предназначается не для нас. Маленькие девочки иногда воспитываются в том духе, что власть — это качество, которое в семье проявляется, главным образом, мужчиной, а не качество, которого можно ждать от женщины. Когда такие девочки вырастают, они ощущают дискомфорт от своей потребности власти и не уверены в том, могут ли и они ей воспользоваться.

Иногда и мальчики воспитываются в таких семьях, где отцы употребляют власть весьма грубым образом, с позиции мужского шовинизма. Когда эти мальчики вырастают, они начинают думать, что власть заключается в доминировании над другими без учета их потребностей, мыслей и чувств.

Личная власть безгранична. Когда мы правильно пользуемся властью, мы предоставляем какие-то возможности и другим — точно так же, как богатые филантропы могут хорошо использовать свои деньги, помогая другим людям. Мы ценим свои права и свою ценность как личности, уважая права и ценность других людей.